Практики кафедры истории и МО

I Курс. АРХЕОЛОГИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА.

 

Студенты-историки всего мира свою первую практику традиционно проводят на археологических раскопках. Студенты кафедры истории Черноморского филиала МГУ — не исключение. Археологическая практика проводится на раскопках древнего и средневекового города Херсонеса Таврического в течение месяца (в июле). В ходе практики студенты получают следующие навыки:

  • методика полевых археологических исследований;
  • сортировка и систематизация находок;
  • основные приемы реставрации находок;
  • ведение полевого дневника и составление отчетов.

Во время практики со студентами проводятся экскурсии: по археологическим памятникам Крыма, по фондам и запасникам Национального заповедника «Херсонес Таврический»

Углубляясь в историю...

ГОРЯЧАЯ ПОРА Еслы вы — студент-историк, то лето для вас — самый богатый на события сезон. Центральное из них, конечно, практика. А если вы к тому же — студент I курса, имеете за плечами сданный московскому преподавателю экзамен по археологии, то летней практикой для вас станут раскопки в Херсонесе. Более того, вы сможете поучаствовать в экспедициях московских, питерских и киевских ученых, съездить на экскурсию по историческим памятникам Крыма, проникнуть за музейные двери с надписью «служебный вход», сходить в поход: Неудивительно, что именно лето-2004 стало во всех отношениях горячей порой в жизни теперь уже второкурсников из группы И-201.

После сдачи всех зачетов и экзаменов (для большинства успешной) и общевузовских гуляний по поводу окончания учебы, у первокурсников было еще 2 недели для того, чтобы прийти в себя и отдохнуть. Затем — организационное собрание в универе по поводу практики. Старшекурсники делились опытом: пить на жаре лучше компот, а надевать — свободную мужскую рубашку. «До чего можно работать?» — спрашивает будущих археологов преподаватель. Варианты: «до обеда», «до посинения», «до лампочки»: Оказывается, работать можно «до кровавых мозолей». Но не нужно. Поэтому, берем с собой рукавицы и перчатки.

ОТ ТЕОРИИ — К ПРАКТИКЕ

Как памятник археологии Херсонес очень популярен. Приятно было осознавать, что предстоит работать рядом с польской или американской экспедициями. А понимание того, что на том самом месте, где сегодня начнешь копать, больше века назад уже трудились пионеры русской археологии, рождает совсем особое отношение к работе. Раскопки позволяют осязать историю — в камнях строений, краснолаковых ручках, словах на мраморной присяге, монетах: И, может быть, самое главное — дают возможность НЕ БЫТЬ ТУРИСТОМ на родной земле.

КТО СКАЗАЛ «КАР»?

Работа на раскопках полна традициями, ритуалами и символикой, выработанными за многие годы. Каждое утро начиналось с того, что под звуки сигнала к построению, доносившегося с кораблей, стоящих в Карантинной бухте, мы собирались в Херсонесе у «дома № 6″ и доставали инструменты. Каждый уже знает, что подходит ему лучше: самая легкая кирка, самая удобная лопата: Все грузится на тачку и с грохотом доставляется на раскоп. Там все надевают перчатки, разбирают орудия труда и в полусогнутом положении начинают работать. По виду — почти что «недостающее звено». («Недостающим звеном» именуется гипотетическое существо — уже не обезьяна, но еще не человек» — прим. ред.)

Каждый час устраивается перерыв. По традиции, назначается специальный человек, который следит за временем. «Кар!» — кричит он, возвещая о начале 10-минутного перекура. После этого бoльшая часть трудящихся прячется в тени раскопанных помещений, а кто-то успевает сбегать искупаться.

Тут уместно вспомнить еще один раскопочный обычай: сгореть на солнце. Несмотря ни на какие увещевания, получается это у многих. Ходит байка о том, что в Херсонесе умудрился сгореть американский негр! Стал красным, как рак.

Отдельный ритуал — общение с туристами. Дело в том, что вопрос: «Ну что, золото нашли?» — поначалу забавляет. Заданный в десятый раз — уже не радует; а в двадцатый, мягко говоря, досаждает. Причем каждый новый турист считает, что сказал что-то оригинальное и ободряющее. Откровенно говоря, на 30-й вопрос о золоте юные археологи обычно не реагируют никак.

«РАБОТА НЕ ПЫЛЬНАЯ»

Как и на любой работе, на раскопках есть несколько специальностей. Одна из самых престижных — работать кайлом (кстати, есть еще одна традиция — называть кирку «кайлом». Отсюда — глагол «кайлить»). Чаще всего человек именно с этим инструментом обнаруживает находку, если только не разбивает ее случайно тем же кайлом. Людей с такой профессией называют «тяжелой артиллерией».

Люди с лопатами погружают землю в ведра, откуда она попадает в тачку.

Возить тачку — все равно, что быть вратарем в футбольной команде: сложно, ответственно и не всегда хочется. Одноколесный транспорт очень своенравен и требует особого обращения. Существуют даже неофициальные водительские категории. Чтобы получить высшую, нужно справиться с совершенно особой тачкой, о которой все говорят, но никто не видел. Словом, нелегка эта работа, но награда за нее — возможность с полным правом сказать: «Да у меня — самая крутая тачка изо всей нашей братвы!»

Когда основная масса грунта уже убрана, в дело вступают люди с совочками, мастерками и ножиками — настоящие ювелиры археологии. В, казалось бы, чисто раскопанном помещении они могут невесть откуда наковырять еще три ведра земли!

Впрочем, у большинства обывателей раскопки ассоциируются с кисточками, которыми археологи обмахивают свеженайденный артефакт (так археологи называют древний плод человеческого труда — прим. ред.). Такое действительно бывает, если нужно сфотографировать объект in situ — то есть в таком виде, в каком он лежал в земле. Тогда его в самом деле обметают со всех сторон, кладут рядом рейку с делениями и стрелку, указывающую на север. Чтобы зафиксировать целое помещение или даже весь раскоп, приходится брать веники и подметать всю территорию. При этом получается картина «Бой в Крыму, все в дыму, ничего не видно». Как любил повторять некто из нашей группы, «работа не пыльная»:

И все же самое главное в раскопках — это находки. Держать в руках то, к чему люди прикасались последний раз 2000 лет назад: Это ощущение трудно описать, нужно только самому испытать его, доставая из земли вещи, не видевшие дневного света многие века.

ЖМУРИКИ И ГРЕЧНЕВАЯ КАША

Первым объектом, где первокурсники побывали как гости, стал позднескифский могильник под Севастополем «Бельбек-4″, где вела раскопки экспедиция Государственного исторического музея, расположенного в Москве по «малозаметному» адресу Красная площадь, 1. Впрочем, и там приходилось «чувствовать себя как дома», то есть копать. Физически трудная работа на очень твердом грунте (даже лопаты гнулись!) вознаграждалась: если удавалось найти неразграбленное захоронение, то костяк (скелеты там «ласково» зовут жмуриками или жмурами) оказывался в окружении хорошо сохранившихся культовых предметов, украшений и посуды. Кроме того, несмотря на все трудности, на раскопе всегда царило хорошее настроение. А самой популярной шуткой было: «Смотри, ты же одной ногой в могиле!» Некоторым моим однокурсникам на Бельбеке понравилось даже больше, чем в Херсонесе, и они, с согласия руководителей обеих экспедиций, оставались там на несколько дней, ночуя в палатках.

Более экскурсионно выглядела поездка в Балаклаву, где совместная экспедиция Государственного Эрмитажа и Крымского филиала Института археологии Национальной академии наук Украины раскапывала средневековую крепость Чембало. Конечно, находок тут было несравненно больше. Искушенные к тому времени студенты были поражены этим изобилием посуды, изделий из металла, фресок и еще много чего: И настолько искренним было радушие «принимающей стороны», настолько вкусной каша на обед, настолько замечательными археологические байки и вообще атмосфера в лагере, что сразу несколько человек из группы захотели поработать тут в следующем году.

САМАЯ ЦЕННАЯ НАХОДКА

По ходу практики каждый вел дневник, куда нужно было делать записи о работе и зарисовывать найденные вещи. Кроме того, что занятие это само по себе интересное, вести дневник это еще и способ похвастаться. И как уж тут решить, что лучше — фрагмент надписи на мраморе или голова античной статуи, рыболовное грузило или масляный светильник, цистерна в центре двора или водопровод в проулке:

Еще немало артефактов извлекут из земли те ребята, которые заинтересовались раскопками этим летом. Впереди — еще многие экспедиции, знакомства, курсовые, дипломы, диссертации. Но самая ценная находка в их жизни уже состоялась. Это — любовь к археологии, стремление к новым открытиям и непреодолимая привязанность к романтике раскопок.

Степан Самошин Группа И-201 Сентябрь 2004 г.

II Курс. БИБЛИОТЕЧНО-АРХЕОГРАФИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА.

Это — первая производственная практика студентов историков.

Практика проводится на базе Государственного архива г. Севастополя в течение 3 недель (в июле).

В ходе практики студенты получают следующие навыки:

  • принципы формирования государственного архивного фонда России и Украины;
  • основы законодательства в сфере архивного дела;
  • размещение архивных фондов и выдача дел из архивохранилища;
  • составление именных карточек для наградной картотеки;
  • выявление данных об истории национальных общин;
  • исполнение запросов социально-правового характера, поступающих от граждан;
  • исполнение тематических запросов, поступающих от граждан иностранных государств

Архивные сокровища

В наше время очень сложно найти вещи, не затронутые научно-техническими преобразованиями. Но далеко не всегда современное означает лучшее! Так, читая электронные тексты, едва ли получишь удовольствие, сравнимое с чтением настоящей книги. «Общение» с экраном — радость относительная, в особенности тогда, когда за ним приходится проводить несколько часов в день. В обмен на надежду легкого, недолговременного поиска интересующих тебя источников и литературы, ты теряешь не только зрение. Нет ни шелеста страниц, ни запаха типографской краски, ни ощущения тяжести пудового, старинного тома в руках; еще многого, что связывается в нашем сознании с чтением традиционных, бумажных книг.

Радует, что есть еще заповедные уголки, где, обращаясь к той или иной теме, ты можешь найти интересующую тебя информацию, избегнув, хотя бы на первом этапе, компании вездесущего «железного друга»! Для нас одной из таких обителей стал Государственный архив города Севастополя.

Мы были третьей по счету группой студентов-историков ЧФ МГУ, которые проходили практику в этом почтенном учреждении. Теплая, дружественная атмосфера, созданная его работниками, достаточно большой архивный фонд (около 50 000 наименований дел), хорошо продуманное, гибкое расписание практических занятий, оставили у нас самое благоприятное впечатление.

Знакомясь с особенностями архивного дела, каждый мог выбирать наиболее интересные для себя занятия: восстанавливать угасающие тексты старинных документов, заниматься генеалогией и подтверждением титулов уцелевших потомков дворянских родов, составлять наградные списки участников второй обороны Севастополя, читать их фронтовые письма, просматривать рукописные газеты, издававшиеся прямо на передовой.

Значительная часть времени ушла на знакомство с метрическими книгами — актами ЗАГС и церквей Севастополя и городов Южного берега Крыма. Коллекция этих книг (около 350 экз.) — живое, увлекательное свидетельство жизни Севастополя и его окрестностей в XIX — начале XX века. Все основные события жизни: рождения, крещения, свадьбы и похороны заносились в эти книги, когда четким, выверенным почерком писцов главных городских соборов, а когда и малоразборчивыми, бисерными каракулями малограмотного дьячка из какой-нибудь крохотной церквушки на периферии. Многодневный, неспешный разбор этих актов давал возможность познакомиться с паствой той или иной церкви, следить за судьбами отдельных людей, составлять их маленькие истории:

«Иван Тимофеевич Перезин, севастопольский мещанин. В течение 1821 г.: признал незаконнорожденного ребенка, крестил его, затем стал восприемником (крестным отцом) еще одиннадцати детей, четыре раза был свидетелем на свадьбах, затем женился сам. Спустя пять дней после свадьбы, как лаконично подытоживает книга, «скоропостижно скончался от пьянства».

Не менее выразительными оказывались и другие эпитафии: «убит в лесу деревом», «задавлен коровой», «покусан собакой», «скончался от маразма», «умер от недовоспитания», «от зубов», «от сотрясения кишек», «от вены», «от какой болезни неизвестно» и т.д.

Часто на полях метрических книг против имен друзей известных и влиятельных людей можно обнаружить небольшие пометки, сделанные «заботливой» рукой работников советских карательных органов. Иногда в число отмеченных ЧК попадали и наши предшественники — студенты Московского университета, приезжавшие на отдых и лечение в Крым.

Не менее интересно было читать подборки первых газет советского периода:

«Для покупки булочной срочно требуется 600 млн. руб.»,

«Продам зубные протезы недорого»,

«Новые кровати-грелки, работающие на керосине! Одна кровать обогреет не меньше сорока двух человек. Годится для установки в поездах и на пароходах»,

«Революция в мире моторов: изобретен автомобиль с пропеллером!»,

«Примусы с роликами — вечная гарантия!»,

«В Крыму открыт новый заговор белых офицеров!» — гласили объявления и заголовки статей периода НЭПа.

Увлеченно читая эти и другие источники, мы зачастую забывали не только о «законных» перерывах на обед, но даже об окончании рабочего дня. Каждый день сулил новые встречи с интереснейшими документами:

Три недели практики пролетели совсем незаметно; мы приобрели хороший опыт обращения с документацией, исполнения заказов по поиску или подтверждению информации не только для жителей Севастополя, но и для граждан других государств. Многие решили не расставаться с архивом и в дальнейшем, используя его материалы для написания докладов, курсовиков, а затем и полноценных научных трудов.

Юрий Викторов Группа И-301 Сентябрь 2004 г.

III Курс. ЭКСКУРСИОННО-ОЗНАКОМИТЕЛЬНАЯ ПРАКТИКА.

Практика проводится на базе государственных музеев г. Севастополя и Крыма в течение 2 недель (в июле). В ходе практики студенты знакомятся с экспозицией, архивами, библиотеками и фондами следующих музеев:

  • Героической обороны и освобождения Севастополя;
  • Крымского краеведческого музея (и крымоведческой библиотеки «Таврика»);
  • дворцов-музеев Южного берега Крыма (Воронцовского, Ливадийского, Массандровского);
  • Бахчисарайского дворца-музея.

Любовь моя - практика!

Наверно так устроены не только студенты — то, что становится обязательным, обычно всеми встречается с неприятием. Из года в год в начале лета слово «практика» произносит наш брат студент со сморщенным лицом. Еще бы — закончить учебу, сдать сессию, подтянуть хвосты, облегченно вздохнуть, а тут еще и практика! Но странное дело — именно практика каждый год становится одним из ярких воспоминаний лета.

Каждый из нас всю жизнь с трепетом будет вспоминать первые найденные на раскопках в Херсонесе предметы. Вздрагивать от мысли об архивной пыли после второго курса, рефлекторно чихать, но все эти мелкие неприятности затмевает восторг от знакомства с уникальными документами эпохи Екатерины 11 Александров и Николаев, подписанных их рукой. Впечатления о практике этого года, хотя уже и стали достоянием нашего курса, но все же не покрылись патиной истории.

Никто не предполагал, что музейная практика может быть столь разнообразной и увлекательной.

Начало не предвещало ярких впечатлений. 26 июня наш дружный коллектив оккупировал вагон паровоза, который умчал нас от штормового ветра Севастополя в тропический ливень Симферополя. И приехали мы туда еще и ради того, чтоб в Крымском этнографическом музее после ознакомительной экскурсии, нам определили национальную принадлежность каждого, о которых мы и так подозревали. В тот же день наш многонациональный коллектив имел счастье побывать в уникальной библиотеке «Таврика» крымского республиканского краеведческого музея.

В родном городе мы работали во всех филиалах музея героической обороны Севастополя. Но любимой базой стала Панорама, потому что там мы, как будущие историки, оторвались по полной программе. Огромное количество раритетных экспонатов Х1Х — ХХ веков создали острое ощущение исторических эпох. Перчатки, веера, театральные сумочки, хрустальные флакончики от духов, пудреницы — все это, да еще и злостный запах нафталина, (который тоже можно считать раритетом, т.к. все музеи мира давно перешли на другой метод сохранности экспонатов), окончательно одурманил головы наших девочек. Легко стало представить, как наши барышни группы И-301 превратились в измученных войной женщин времен обороны Севастополя. Как, покидая город, они теребили в руках мокрые от слез платочки, оставляя своих возлюбленных — героев обороны в осажденном Севастополе. Нашлось место для фантазий и для нашей лучшей мужской «половины» группы. Легко было узнать среди адмиралов флота Корнилова, Нахимова, Истомина стройную фигуру «контр-адмирала» Трифонова, который склонясь над картой боевых действий разрабатывал стратегию боя по аналогии с Пуническими войнами. А в это время в окопе, под звуки шрапнели, при лучине, мерцая эполетами, сидел поручик Сергей Трофимов и писал главам правительств стран вражеской Антанты о том, что их политика нарушает все законы международного права и вызывает ненависть оставшихся жителей Севастополя.

Финал практики ознаменовался поездкой по ЮБК, где нашей задачей было посетить дворцы и усадьбы. Что можно сказать? — умели жить цари и князья. С умом тратили капитал. Поездили, посмотрели, порадовались за них и вернулись домой.

С нетерпением ждем лета-2005, потому что обогащенные знаниями за эти годы мы придем в школы и всех там построим!

Мария Коровина Группа И-401 Сентябрь 2004 г.

IV Курс. АРХИВНАЯ ПРАКТИКА.

Практика проводится на базе центральных государственных архивов Российской Федерации в г. Москве в течение месяца (май).

В ходе практики студенты знакомятся с содержанием архивного фонда и подбирают материалы для написания курсовых и дипломных работ.

 

IV Курс. ПЕДАГОГИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА.

Практика проводится на базе 8-й общеобразовательной школы МО РФ в г. Севастополе. Это — вторая производственная практика студентов-историков. Практика проводится в течение месяца.

В ходе практики студенты приобретают практические навыки преподавательской работы, проводя уроки в средних и старших классах школы.

 

V Курс. ПРЕДДИПЛОМНАЯ ПРАКТИКА.

Практика проводится в течение семестра в г. Москве на базе исторического факультета МГУ. В ходе практики студенты:

  • собирают материал для дипломных работ в архивах и библиотеках г. Москвы;
  • работают с научными руководителями над написанием дипломных работ;
  • слушают спецкурсы по избранным специальностям;
  • занимаются в спецсеминарах.
Яндекс.Метрика